Гражданская война в произведениях А.А. Фадеева "Разгром", И.Э. Бабеля "Конармия", М.А. Булгакова "Дни Турбиных"

Гражданская война в произведениях А.А. Фадеева "Разгром", И.Э. Бабеля "Конармия", М.А. Булгакова "Дни Турбиных"

Следует сказать, что не сразу прин я л и пон я л революцию М.А. Булгаков. Были творческие ошибки и заблуждени я . Он, как и А.А. Фадеев, во врем я революции много видел, много пережил, в том числе – гетманщину и петлюровщину в Киеве, разложение деникинской армии. Надо сказать, что Булгаков прин я л революцию, не мог себе представить жизни вне культурного подъема, посто я нно, напр я женно и самозабвенно работал, внес свой вклад в развитие литературы и искусства, стал крупным советским писателем и драматургом.

Третьим, но не последним революционным писателем, ставшим мне известным, оказалс я И.Э. Бабель.

Работа я в качестве корреспондента газеты «Красный кавалерист» под псевдонимом К. Лютов в первой Конной армии, написал на основе дневниковых записей цикл рассказов «Конарми я ». И.Э. Бабель очень, очень сложный в человеческом и литературном понимании. Он подвергалс я гонению еще при жизни.

Складываетс я такое впечатление, что и после его смерти вопрос о произведени я х, созданных им, до сих пор не разрешен. Мне пришлось приложить немало сил, чтобы извлечь из сокровенных недр библиотечных полок хот я бы одну книгу И.Э. Бабел я , содержащую лишь только цикл рассказов «Конарми я », да и то без вступительной статьи хоть с малейшим повествованием о жизни писател я . Начина я писать данный реферат, на ум пришла поговорка: «Первые впечатлени я – самые верные». И опира я сь на это высказывание, решил фиксировать свои впечатлени я сразу после прочитывани я целого произведени я . А где он, бог-то? – усмехнулс я хромой. – Нет бога-то… нет, нет, нет, я дрена вошь! (А.А. Фадеев, «Разгром»). Первым моим произведением о гражданской войне, которое я не без труда смог достать, принадлежит А.А. Фадееву. Роман «Разгром» и поныне находитс я в обращении, он выдержал проверку временем. Со всей своей страстью писател я -коммуниста и революционера А.А. Фадеев стремилс я приблизить светлое врем я коммунизма. Эта гуманистическа я вера в прекрасного человека пронизывала самые т я желые картины и положени я , в которые попадали его герои. Дл я А.А. Фадеева революционер не возможен без этой устремленности в светлое будущее, без веры в нового, прекрасного, доброго и чистого человека.

Характеристика большевика Левинсона, геро я романа «Разгром», как человека стрем я щегос я и верующего в лучшее, заключена в следующей цитате: «…все, о чем он думал, было самое глубокое и важное, о чем он только мог думать, потому что в преодолении этой скудости и бедности заключалс я основной смысл его собственной жизни, потому что не было никакого Левинсона, а был бы кто-то другой, если бы не жила в нем огромна я , не сравнима я ни с каким другим желанием жажда нового, прекрасного, сильного и доброго человека. Но какой может быть разговор о новом, прекрасном человеке до тех пор, пока громадные миллионы вынуждены жить такой первобытной и жалкой, такой несмыслимо-скудной жизнью». Романы А.А. Фадеева становились огромными событи я ми в литературной жизни, вокруг них нередко возникали споры, и они ни кого не оставл я ли равнодушными. И «Разгром» не исключение из этого полемического списка. Если брать чисто внешнюю оболочку, развитие событий, то это действительно истори я разгрома партизанского отр я да Левинсона. Но А.А. Фадеев использует дл я повествовани я один из самых драматических моментов в истории партизанского движени я на Дальнем Востоке, когда объединенными усили я ми белогвардейских и я понских войск были нанесены т я желые удары по партизанам Приморь я . Оптимистическа я иде я «Разгрома» не в финальных словах: «…нужно было жить и исполн я ть свои об я занности», не в этом призыве, объединившем жизнь, борьбу и преодоление, а во всей структуре романа, именно в расположении фигур, их судеб и их характеров. Можно обратить внимание на одну особенность в построении «Разгрома»: кажда я из глав не только развивает какое-то действие, но и содержит полную психологическую развертку, углубленную характеристику одного из действующих лиц.

Некоторые главы так и названы по именам героев: «Морозка», «Мечик», «Левинсон», «Разведка Метелицы». Но это не значит, что эти лица действуют только в этих главах. Они принимают самое активное участие во всех событи я х жизни всего отр я да.

Фадеев, как последователь Льва Николаевича Толстого, исследует их характеры во всех сложных и порой компрометирующих обсто я тельствах. В то же врем я , создава я все новые психологические портреты, писатель стремитс я проникнуть в самые сокровенные уголки души, пыта я сь предвидеть мотивы и поступки своих героев. С каждым поворотом событий обнаруживаютс я все новые стороны характера. Чтобы определить основной смысл романа я выбрал способ нахождени я основного геро я произведени я . Таким образом, можно рассмотреть, как из обыкновенных, повседневных реб я т, как из нормальных, ничем не отличающихс я друг от друга рабочих вырастают дети революции. Но не так легко ответить на такой, казалось бы, наивный вопрос.

Одного главного геро я можно видеть в командире партизанского отр я да Левинсоне.

Другую личность можно вообразить, слива я воедино образы Левинсона и Метелицы, потому что своими особенными чертами они вместе воплощают истинный героизм борьбы. Треть я композиционна я окраска романа лежит в сознательном противопоставлении двух образов: Морозки и Мечика, и в св я зи с таким замыслом писател я личность Морозки выдвигаетс я на первые места.

Существует даже такой вариант, где подлинным героем романа становитс я коллектив – партизанский отр я д, слагаемый из множества более или менее детально описанных характеров. Но все-таки тему такого многогеройного романа «ведет» Левинсон, ему отдан голос в самых важных размышлени я х о цел я х революции, о характере взаимоотношений между руководител я ми и народом. С ним соотнесены, сравнены и противопоставлены почти все основные персонажи. Дл я молодого Бакланова, «геройского помощника» командира отр я да, Левинсон «человек особой, правильной породы», у которого следует учитьс я и за которым надо следовать: «…он знает только одно – дело.

Поэтому нельз я не довер я ть и не подчин я тьс я такому правильному человеку…» Подража я ему во всем, даже во внешнем поведении, Бакланов вместе с тем незаметно перенимал и ценный жизненный опыт – навыки борьбы. К таким же люд я м «особой, правильной породы» Морозка относит командира взвода шахтера Дубова, подрывника Гончаренко. Дл я него они станов я тс я примером, достойным подражани я . Кроме Бакланова, Дубова и Гончаренко, сознательно и целеустремленно участвующих в борьбе, с Левинсоном соотнесен и образ Метелицы, бывшего пастуха, который «весь был огонь и движение, и хищные его глаза всегда горели ненасытным желанием кого-то догон я ть и дратьс я ». Со слов Бакланова, намечен и возможный путь Метелицы: «Давно ли коней пас, а годика через два, гл я ди, всеми нами командовать будет…» Это человек, дл я которого революци я – цель и смысл существовани я . Соотнесены с образом Левинсона также Морозка и Мечик – две важнейшие фигуры в романе. Как писал сам А.А. Фадеев: «В результате революционной проверки оказалось, что Морозка я вл я етс я человеческим типом более высоким, чем Мечик, ибо стремлени я его выше, - они и определ я ют развитие его личности как более высокой». Что же касаетс я юного Мечика, то перед ним был один из главных моментов выбора жизненного пути. И как человек молодой и неопытный он избрал дл я него романтический путь. О таких моментах в жизни А.А. Фадеев сказал: «…уже свершилс я белый переворот, шла уже кровава я битва, в которую был вт я нут весь народ, мир раскололс я , перед каждым юношей уже не фигурально, а жизненно вставал вопрос: «В каком сражатьс я стане?» А.А. Фадеев, став я Мечика в различные положени я , показывает, что его драма не в столкновении романтической мечты с суровой реальностью жизни.

Сознание Мечика воспринимает лишь внешнюю, поверхностную сторону я влений и событий.

Завершающим дл я понимани я юноши и его судьбы становитс я ночной разговор с Левинсоном. К этому времени накопилось не мало обид. Мечик оказалс я мало приспособленным к партизанской жизни. Как человек посторонний, смотревший на отр я д со стороны он с предельной, ожесточающей откровенностью говорит Левинсону: «Я теперь никому не верю… я знаю, что, если бы я был сильнее, мен я бы слушались, мен я бы бо я лись, потому что каждый здесь только с этим и считаетс я , каждый смотрит только за тем, чтобы набить себе брюхо, хот я бы дл я этого украсть у своего товарища, и никому нет дела до всего остального… Мне даже кажетс я иногда, что, если бы они завтра попали к Колчаку, они так же служили бы Колчаку и так же жестоко расправл я лись со всеми, а я не могу, а я не могу этого делать!..» В подтверждение к словам Мечика хотелось бы процитировать строки из романа, начина я с того момента, когда Мечик и Пика добрались до отр я да, а их встречают по такой ниспадающей линии: - Гл я нь, реб я та, - Пика!.. - Пика и есть… - Приплелс я черт лысый!.. Есть у А.А. Фадеева и еще одна иде я : «Цель оправдывает средства». В этом отношении перед нами предстает Левинсон, который не останавливаетс я ни перед какой жестокостью, чтобы спасти отр я д. В этом вопросе ему помогает Сташинский, давший кл я тву Гиппократа! А сам доктор и, казалось бы, Левинсон происход я т из интеллигентного общества. До какой степени нужно изменитьс я , чтобы убить человека. Этот процесс «ломки» человека можно наблюдать, принима я во внимание то, как преображаетс я Мечик: «Люди здесь другие, надо и мне как-то переломитьс я …» В конце романа перед нами плачущий Левинсон, командир разгромленного партизанского отр я да: «…он сидел потупившись, медленно мига я длинными мокрыми ресницами, и слезы катились по его бороде… Вс я кий раз, как Левинсону удавалось забытьс я , он начинал снова растер я нно огл я дыватьс я и, вспомнив, что Бакланова нет, снова начинал плакать. Так выехали они из леса – все дев я тнадцать». Осмелюсь вставить слова самого А.А. Фадеева, определившего основную тему своего романа: «В гражданской войне происходит отбор человеческого материала, все враждебное сметаетс я революцией, все не способное к насто я щей революционной борьбе, случайно попавшее в лагерь революции отсеиваетс я , а все подн я вшеес я из подлинных корней революции, из миллионных масс народа, закал я етс я , растет, развиваетс я в этой борьбе.

Происходит огромнейша я переделка людей». Непобедимость революции – в ее жизненной силе, в глубине проникновени я в сознание зачастую самых отсталых в прошлом людей.

Подобно Морозке, эти люди поднимались к осознанному действию ради самых высоких исторических целей. В этом и была главна я оптимистическа я иде я трагического романа «Разгром». А почему давно не идут «Дни Турбиных» драматурга Булгакова? (И.В. Сталин). Пьеса «Дни Турбиных» М.А. Булгакова изначально имела цель показать, как революци я мен я ет людей, показать судьбу людей, прин я вших и не прин я вших революцию. В центре оказываетс я трагическа я судьба интеллигентной семьи на фоне развала белой гвардии, бегства гетмана, революционных событий на Украине. «Дни Турбиных», конечно, пьеса психологическа я . Вместе с сильно выраженным лирическим началом дает себ я знать юмор в изображении разоблачени я гетмана, бандитского существовани я петлюровцев. И трагическим концом заканчиваетс я крушение убеждений честного и сильного человека – Алексе я Турбина.

Старый мир рушитс я и перед оставшимис я геро я ми пьесы встает проблема выбора. М.А. Булгаков мастерски передал событи я , произошедшие в Киеве и в первую очередь сложнейшие переживани я Турбиных, Мышлаевского, Студзинского, Лариосика.

Перевороты, волнени я и им подобные происшестви я накал я ют обстановку, после чего мы видим не только судьбу интеллигентных людей, которые вт я нуты в эти событи я и вынуждены решать вопрос: принимать или не принимать большевиков? – но и то скопище людей, которое противосто я ло революции – гетманщину, ее хоз я ев – немцев. Как гуманист, Булгаков не принимает дикое начало Петлюры, с гневом отвергает Болботуна и Галаньбу. Также М.А. Булгаков высмеивает гетмана и его «подданных». Он показывает, до какой низости и бесчести я доход я т они, предава я Родину.

Человеческа я подлость имеет свое место в пьесе.

Таковыми событи я ми я вл я ютс я бегство гетмана, его низость перед немцами. В сцене с Болботуном и Галаньбой автором с помощью сатиры и юмора раскрыто не только античеловеческое отношение, но и разгул я вшийс я национализм.

Болботун говорит дезертиру-сечевику: «А ты знаешь, що роблють з нашими хлеборобами германские офицеры, а там комиссары? Живых у землю зарывают! Чув? Так я ж теб я самого закопаю у могилу! Самого!» Драматическое действие в «Дн я х Турбиных» развиваетс я с огромной скоростью. А двигающей силой я вл я етс я народ, отказывающийс я поддерживать «Гетмана все я Украины» и Петлюру. И от этой основной силы и зависит судьба гетмана, и судьба Петлюры, и судьба честных интеллигентов, в том числе белых офицеров – Алексе я Турбина и Виктора Мышлаевского. В знаменитой сцене, когда Алексей Турбин распускает артиллерийский дивизион, состо я щий из юнкеров и студентов, действие достигает своего наивысшего состо я ни я . Все готово взорватьс я . Юнкера готовы разорвать, убить Алексе я Турбина. Но вдруг он пр я мо спрашивает: «Кого вы желаете защищать?» И отвечает: «Гетмана? Отлично! Сегодн я в три часа утра гетман, бросив на произвол судьбы армию, бежал, переодевшись германским офицером, в германском поезде, в Германию… Одновременно с этой канальей бежала по тому же направлению друга я каналь я – его си я тельство командующий армией кн я зь Белокуров…» Сквозь гул, см я тение и растер я нность юнкеров и студентов прорываетс я голос разума.

Алексей Турбин отказываетс я участвовать «в балагане», начавшегос я еще в три часа утра, не хочет вести дивизион на Дон, к Деникину, как предлагают капитан Студзинский и некоторые юнкера, потому что он ненавидит «штабную сволочь» и говорит юнкерам в открытую, что и на Дону они встрет я т « тех же генералов и ту же штабную ораву». Как честный и глубоко осмысливающий событи я офицер он пон я л, что белому движению пришел конец.

Остаетс я только подчеркнуть, что основным мотивом, двигавшим Турбиным, я вл я етс я осознание им одного событи я : «Народ не с нами. Он против нас». Также Алексей говорит юнкерам и студентам о деникинцах: «Они вас застав я т дратьс я с собственным народом». Он предсказывает неизбежную гибель белого движени я : «Я вам говорю: белому движению на Украине конец. Ему конец в Ростове-на-Дону, всюду! Народ не с нами. Он против нас.

Значит, кончено! Гроб! Крышка!..» Слегка загл я дыва я в историю гражданской войны, я заметил интересное высказывание генерала Пётра Врангел я , писавшего о наступлении Антона Деникина: «Население, встречавшее армию при её продвижении с искренним восторгом, исстрадавшеес я от большевиков и жаждавшее поко я , вскоре стало вновь испытывать на себе ужасы грабежей, насили я и произвола. В итоге – развал фронта и восстание в тылу»… Пьеса заканчиваетс я трагической безысходностью.

Петлюровцы покидают Киев, в город входит Красна я Арми я . Каждый из героев решает вопрос, как ему быть.

Происходит столкновение Мышлаевского со Студзинским.

Последний собираетс я бежать на Дон и там дратьс я с большевиками, а другой ему возражает.

Мышлаевский, как и Алексей уверен в крахе белого движени я в целом – он готов перейти на сторону большевиков: «Пусть мобилизуют! По крайней мере буду знать, что я буду служить в русской армии. Народ не с нами. Народ против нас.

Алешка прав!» Не случайно, что в заключении Мышлаевскому уделено особое внимание.

Уверенность Виктора Викторовича, что за большевиками есть правда, что они то и способны построить новую Россию, - эта убежденность, характеризующа я выбор нового пути геро я , выражает идейный смысл пьесы.

Поэтому образ Мышлаевского оказалс я так близок М.А. Булгакову. Эта летопись будничных злоде я ний, котора я теснит мен я неутомимо, как порок сердца. (И.Э. Бабель). Последн я я книга, которую я с огромным трудом смог достать, принадлежит И.Э. Бабелю. Это наследие, дошедшее до наших времен, стало заметным событием литературной жизни первого послереволюционного дес я тилети я . По словам Н. Берковского: «Конарми я » - одно из значительных я влений в художественной литературе о гражданской войне». Иде я этого романа – вы я вить и показать все изъ я ны революции, русской армии и безнравственность человека. Роман И.Э. Бабел я «Конарми я » - это р я д казалось бы не св я занных между собой эпизодов, выстраивающихс я в огромные мозаичные полотна. В «Конармии», несмотр я на ужасы войны, показана свирепость тех лет, - вера в революцию и вера в человека. Автор рисует пронзительно-тоскливое одиночество человека на войне. И.Э. Бабель, увидев в революции не только силу, но и «слезы и кровь», «вертел» человека так и этак, анализировал его. В главах «Письмо» и «Берестечко» автор показывает разные позиции людей на войне. В «Письме» он пишет о том, что на шкале жизненных ценностей геро я , истори я о том, как «кончали» сначала брата Федно, а потом папашу, занимает второе место. В этом заключаетс я протест самого автора против убийства. А в главе «Берестечко» И.Э. Бабель стараетс я уйти от реальности, потому что она невыносима.

Описыва я характеры героев, границы между их душевными состо я ни я ми, неожиданные поступки, автор рисует бесконечную разнородность действительности, способность человека одновременно быть возвышенным и обыденным, трагическим и героическим, жестоким и добрым, рождающим и убивающим. И.Э. Бабель мастерски играет переходами между ужасом и восторгом, между прекрасным и ужасающим. За пафосом революции автор разгл я дел ее лик: он пон я л, что революци я - это экстремальна я ситуаци я , обнажающа я тайну человека. Но даже в суровых будн я х революции человек, имеющий чувство сострадани я , не сможет примиритьс я с убийством и кровопролитием.

Человек, по мнению И.Э. Бабел я , одинок в этом мире. Он пишет о том, что революци я идет «как лава, размета я жизнь» и оставл я я свой отпечаток на всем, чего коснетс я . И.Э. Бабел я ощущает себ я «на большой непрекращающейс я панихиде». Еще ослепительно светит раскаленное солнце, но уже кажетс я , что это «оранжевое солнце катитс я по небу, как отрубленна я голова», и «нежный свет», который «загораетс я в ущель я х туч», уже не может сн я ть тревожного беспокойства, потому что не просто закат, а «штандарты заката веют над нашими головами...» Картина победы на глазах приобретает непривычную жестокость. И когда вслед за «штандартами заката» автор напишет фразу: «Запах вчерашней крови и убитых лошадей каплет в вечернюю прохладу», — этой метаморфозой он если не опрокинет, то, во вс я ком случае, сильно осложнит свой первоначальный торжествующий запев. Все это подготавливает финал, где в гор я чем сне рассказчику вид я тс я схватки и пули, а на я ву сп я щий сосед–еврей оказываетс я мертвым, зверски зарезанным пол я ками стариком. Все рассказы у Бабел я наполнены запоминающимис я , я ркими метаморфозами, отража я драматизм его мировоззрени я . И мы не можем не горевать о его судьбе, не сострадать его внутренним терзани я м, не восхищатьс я его творческим даром. Его проза не выцвела во времени. Его герои не потускнели. Его стиль по-прежнему загадочен и невоспроизводим. Его изображение революции воспринимаетс я как художественное открытие. Он выразил свою позицию на революцию, стал «одиноким человеком» в мире, который быстро мен я етс я и кишит переменами. В. Пол я нский отмечал, что в «Конармии», как и в «Севастопольских рассказах» Л. Толстого, «героем в конце концов я вл я етс я «правда»… подн я вшейс я кресть я нской стихии, подн я вшейс я на помощь пролетарской революции, коммунизму, хот я бы и своеобразно понимаемому». «Конарми я » И.Э. Бабел я в свое врем я вызвала огромный переполох в цензуре, и, когда он принес книгу в Дом печати, то, выслушав резкие критические замечани я , спокойно произнес: «Что я видел у Буденного – то и дал. Вижу, что не дал я там вовсе политработника, не дал вообще многого о Красной Армии, дам, если сумею, дальше»… Из крови, пролитой в бо я х, Из праха, обращенных в прах, Из мук казненных поколений, Из душ, крестившихс я в крови, Из ненавид я щей любви, Из преступлений, исступлений Возникнет праведна я Русь. Я за нее одну молюсь… (М. Волошин). Последний эпиграф отнюдь не случайно вписалс я в общую картину рассуждений о революции. Если рассматривать только лишь Русь – Россию, то, конечно же, можно согласитьс я с М.А. Булгаковым, который прин я л, предпочел что ни на есть лучший путь дл я нашей страны. Да так согласитьс я практически каждый, но не все задумываютс я над таинственной кривой ленинской пр я мой.

Судьба страны в руках самой страны. Но как сказал сам народ, что из него как из дерев я нного полена, смотр я кто его обрабатывает… Или Сергий Радонежский, или Емель я н Пугачев. Хот я под второе им я больше подходит гетман, Колчак и Деникин, а также вс я та «штабна я сволочь», которые и разв я зали саму кровавую бойню революции, подразумевавшейс я изначально как «пр я ма я ». Но, в общем, из всей суматохи, «из крови», «праха», «мук» и «душ» возникла «праведна я Русь»! Вот к чему подходил М.А. Булгаков, восклица я через своих героев. К его мнению присоедин я юсь и я . Но не следует забывать про А.А. Шолохова и И.Э. Бабел я , они то и показали практически всю ту «кривую», все то, что возникло «из преступлений», «из ненавид я щей любви», все то, что «в конце концов» я вилось Правдой. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. 1. Бабель И.Э. Сочинени я . В 2-х т. Т. 2: Конарми я ; Рассказы 1925-1938 гг.; Пьесы; Воспоминани я , портреты; Статьи и выступлени я ; Киносценарии/ Сост. И подгот.

Текста А. Пирожквой; Коммент. С. Поварцова; Худож. В. Векслер.-М.: Худож. Лит., 1990.- 574 с. 2. Булгаков М.А. Пьесы.- М.: Советский писатель, 1987.- 656 с. 3. Булгаков М.А. «И судимы были мертвые…»: Романы.

Повесть. Пьесы. Эссе/ Сост., кр.

Биохроника, прим Б.С. М я гкова; Вступ. Ст. В.Я. Лакшина.- М.: Школа-Пресс, 1994.- 704 с. 4. Фадеев А.А. Романы./ Ред.

оценка легковых автомобилей цена в Курске
экспертиза товарных знаков в Твери
оценка ущерба экспертиза в Орле